Вход на сайт

Вход в систему

Рассылка

Рассылка

Будьте в курсе наших последних новостей!

Управлять моими подписками



Этносреда

— это система психических образов, характеризующих этничность человека: природы (ландшафтов, климата, животных, растений и др.), культуры и психики, расово-биолгических (внешний вид, сотав крови, особенности физиологии и др.), а также духовных (трансцендентных) представлений (духи природных стихий, религиозные представления мировых религий).

В отличие, от культуры (от лат. cultura - возделывание, воспитание, образование), т.е. совокупности искусственных способов и результатов человеческой деятельности (нарпимер, разрушение природы, экологического равновесия в целом), этносреда в идеале характеризуется также и естественными (идеальными) признаками - девственной природой, безгрешной душой и телом человека, трансцендентным миром духовных существ.


 
ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ЭТНОФУНКЦИОНАЛЬНЫЕ
УСЛОВИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ
И ПРОФИЛАКТИКА КРИМИНАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ
 
Сухарев А.В., Чулисова А.П., Грачев В.С.
 
 
Системный кризис современного этапа культурно-исторического развития России коснулся, прежде всего, нравственной основы социума. Разрушительные тенденции в нравственной сфере, системе социальных норм, правил, этических принципов, аморальное поведение, распространение ценностей криминальной субкультуры обусловливают аномию, рост криминализации общества (Давыдов, 1990; Мертон, 1966 и др.). Кроме того, в настоящий момент происходит увеличение рецидивов таких тяжких насильственных преступлений, как убийство, нанесение телесных повреждений различной степени тяжести, разбой и др. (Иншаков, 2010). Исходя из статистических данных, можно полагать, что применяемые в исправительных учреждениях ФСИН России методы воспитательной и психокоррекционной работы с осужденными за насильственные преступления недостаточно эффективны для вторичной профилактики преступного поведения. В связи с этим, перед исследователями в области пенитенциарной психологии встает важнейшая задача поиска новых, более эффективных методов психокоррекционной работы с осужденными.
В пенитенциарной психокоррекции (вторичной психопрофилактике преступлений) наиболее часто применяются методы когнитивно-поведенческой психотерапии, основанной на классической поведенческой теории, необихевиоризме, теории социального научения, когнитивном подходе, копинг-теории, нейропсихологии и т.д. (Галич, 2008; Змановская, 2008; Сочивко, Литвишков, 2006 и др.). Кроме этого, психологами уголовно-исполнительной системы часто используются техники нейролингвистического программирования (в частности, трансовое внушение), трансактный анализ, логотерапия, гештальт-терапия, арт-терапия и т.д. (Коробейников, 2008; Лукшина, 2008; Савельева, 2008 и др.).
Однако указанные выше методы психокоррекции не учитывают негативного влияния на личность культурно-исторической специфики ментальности современного общества, которая выражается в ее неоднородности, этнокультурной «мозаичности» (Сухарев, 2008; Тишков, 1993 и др.). Последствием такого воздействия может являться, в частности, рост личностной тревоги, которая, как показывают многочисленные криминально-психологические исследования, представляет собой психологическую основу возникновения криминального поведения (Аминов, 2009; Антонян, Еникеев, Эминов, 1996; Васильев, 2005; Змановская, 2008 и др.). Тревога и поведение личности в широком смысле могут быть обусловлены рядом взаимосвязанных причин: этнокультурной «мозаичностью» общества, следствием которой является «культуршок» (Бочнер, 1982; Коэлхо, 1979; Мэй, 1979 и др.), нарушением эмоциональной связи с родной природой (Голд, 1990; Сид и др. 1992; Сухарев, 2008), воздействием криминальной субкультуры (Пирожков, 1998; Александров, 2002) и др. В целом, речь идет о разнородных социальных, культурных, природно-климатических, конфессиональных и др. факторах, системно не учитывающихся в иследовании их влияния на личность и, соответственно, в психологической коррекции преступного поведения.
Особую значимость в этой связи в настоящее время приобрела проблема первичной психопрофилактики правонарушений, в частности среди подростков притом, что ее эффективность оставляет желать лучшего. В целом анализ возрастного состава лиц, совершивших преступления в 90-е годы показывает, что среди них доля молодых людей в возрасте от 14 до 30 лет составляет приблизительно 60-65%. При этом отдельные виды преступлений преимущественно совершаются подростками. Это обстоятельство обуславливает исключительную актуальность поиска новых методов первичной психопрофилактики криминального поведения в подростковом возрасте.
В современной науке существует ряд методологических подходов, в рамках которых раскрывается проблема происхождения криминального поведения – биологический (Ч.Ламброзо, У.Шелдон, К.Лоренц), социальный (социально-психологический) (Э.Дюркгейм, Т.Парсонс, Р.Мертон), психологический (К.Хорни, Э.Эриксон, А.Адлер), поведенческий (У.Шелдон, Д.Кауфманн, Й.Галлахан), экологический и др. Ни в одном из вышеперечисленных подходов поведение человека не рассматривается как целостное – в системе экологических, социальных, нравственных, природно-биологических и др. факторов и не учитывают специфику современной культурно-исторической ситуации. Соответственно, психопрофилактические методы, основанные на данных подходах, имеют тот же недостаток.
В условиях современной «этнокультурной мозаичности» исторически актуальной (Сухарев, 2009) для исследования и коррекции личности преступника, а также ранней психопрофилактики криминального поведения может выступать этнофункциональная парадигма в психологии (Сухарев, 2008), системно, на единой методологической основе учитывающая все вышеперечисленные факторы, влияющие на личность, ее поведение в целом. Данная парадигма основана на ряде методологических принципов: принципе этнофункциональной системности, этнофункционального единства микро- и макрокосма, из которого следует принцип этнофункционального развития, и др.
Важным понятием этнофункциональной парадигмы является понятие этносреды, включающей внутренние (антропо-биологические, психологические), внешние (ландшафтно-климатические (природные) социокультурные) и трансцендентные (Бог, духи природных стихий и т.д.) этнические признаки. Каждый элемент образной сферы личности – вторичный образ этносреды – наделяется этнической функцией. Данная функция может принимать два значения: этноинтегрирующее, т.е. объединяющее личность с родной этносредой, или этнодифференцирующее, разобщающее с ней.
Принцип этнофункционального развития личности тесно связан с принципом этнофункционалдьного единства микро- и макрокосма. Предполагается, что последовательность и образное содержание этапов этнофункционального развития русской этносреды – природный (фетишизм), языческий (анимизм и героизм), христианский, просвещения и др. аналогичны последовательности и образному содержанию стадий развития личности – природной, сказочно-мифологической, религиозно-этической, просвещения (принцип этнофункционального единства микро- и макрокосма). Исследования показывают, что нарушение последовательности стадий и этнодифференцирующие включения в их содержании могут снижать уровень психической адаптированности личности и пр. – принцип этнофункционального развития (Сухарев, 2008). 
В инструментальном плане актуальными и продуктивными представляются методы этнофункциональной коррекции, опирающиеся на регулятивный потенциал изменения этнической функции пространственных (на момент обследования) и онтогенетических характеристик образной сферы личности и, в частности, образов природы. В процессе этнофункциональной коррекции личности осуществляется восстановление этноинтегрирующего содержания ее образной сферы.
 Образная сфера является интегральной характеристикой личности (Гостев, 2007). В связи с этим, характеристики образной сферы могут обусловливать особенности эмоциональной, когнитивной, нравственной и др. сфер личности (Арнхейм, 1994; Величковский, 1982; Гостев, 2007; Ильин, 2000 и др.). Категорию образа можно рассматривать как «единицу психического», применимую как для описания индивидуального, так и группового поведения человека (Шихирев, 1993).
Образы природы, как показано в этнофункциональных исследованиях, взаимосвязаны с особенностями различных сфер личности; при этом подчеркивается ведущая роль в развитии личности отношения к родной природе, взятого в системной взаимосвязи с культурными, антропологическими, религиозно-этическими характеристиками этносреды. Важность отношения к образам природы для развития личности и ее поведения в целом отмечается во многих исследованиях (Голд, 1990; Панов, 2006; Ясвин, 2000 и др.). Исследователями отмечается также, что общение с объектами природы может обусловливать существенные «преобразования образа мира личности» (Дерябо, 2002) и воспитание самоценного отношения к природе связано с формированием нравственных качеств в целом (Шейнис, 1995). Отмечается также, что отношение к природе может быть связано и с формированием правовых норм (Панов, 2006).
Важнейшей психической структурой, регулирующей психические процессы, состояния, поведение личности, является самоконтроль (Петровский, Ярошевский, 1990). Одним из показателей самоконтроля является когнитивный контроль эмоциональной сферы. По данным исследования Д.В. Сочивко, В.М. Литвишкова (2006), из 300 осужденных у 216 (72 %) нарушен самоконтроль, что может обусловливать рост неконтролируемой тревоги (вследствие нарушения когнитивного контроля эмоциональной сферы). Вместе с тем, важнейшим регулятором поведения личности является отношение к моральным ценностям, составляющее ее нравственную сферу. Нравственная сфера личности, в частности, регулирует ее отношение к праву, что может обусловливать наличие или отсутствие противоправного поведения (Гусейнов, 1974).
В то же время психологические этнофункциональные исследования показывают, что недостаточно сформированный в онтогенезе личности самоконтроль и, как следствие, эмоциональная незрелость, препятствуют полноценному усвоению моральных ценностей (Выдрина, 2007; Шустова, 2007 и др.). 
 Целью нашего исследования было показать, что как для коррекции уже сформировавшегося криминального поведения, так и для его ранней психопрофилактики в подростковом возрасте важнейшую роль играют этнофункциональные факторы – формирование у личности самоценного отношения к этноинтегрирующим образам природы (т.е. родной природы). Для этого нам необходимо было выявить характер влияния этнофункциональной коррекции образной сферы (а именно – образов природы) осужденных за насильственные преступления на особенности эмоциональной, когнитивной и нравственной сфер их личности.
На основании принципов этнофункционального развития и системности мы предполагали, что восстановление этноинтегрирующих образов природы в образной сфере осужденных за насильственные преступления, а также школьников-подростков может обусловливать положительные изменения особенностей эмоциональной, когнитивной, а также нравственной сфер их личности. Вместе с тем, мы также предполагали, что влияниие этнодифференцирующих образов природы на личность осужденных может обусловливать отрицательные изменения данных особенностей.
 
Методы исследования. В целом в исследовании сочеталось применение номотетического и идиографического подходов, а также использовались следующие эмпирические методы. 1. Для диагностики «пространственной» (отношение к образам этносреды) и «онтогенетической» (субъективно оцениваемый испытуемыми возраст появления в онтогенезе образов природы, сказочных образов, а также религиозно-этических представлений) составляющих образной сферы личности испытуемых использовался метод структурированного этнофункционального интервью (Сухарев, 2008); в процессе данного интервью выявлялось также отношение испытуемых к моральным ценностям на примере христианских заповедей. В России отношение к данным заповедям является неотъемлемой частью отношений к моральным ценностям, т.е. важнейшим показателем нравственности, а отношение к Богу – основой морали, т.к. христианство представляет собой важнейшую составляющую русской культуры. 2. Для определения склонности личности осужденных к совершению противоправных поступков (делинквентному поведению), являющейся важнейшим показателем нравственности, использовался «Опросник склонности к отклоняющемуся поведению» А.Н. Орла (Змановская, 2008). 3. Для исследования особенностей эмоциональной и когнитивной сфер личности испытуемых применялся тест Роршаха (Bohm, 1972). 4. Для восстановления этноинтегрирующего содержания образов природы в образной сфере личности осужденных за насильственные преступления в формирующем эксперименте-1 использовался метод этнофункциональной коррекции (Сухарев, 2008). Помимо данных методик, для исследования подростков дополнительно использовалась методика диагностики тревожности Филипса (Рогов, 2000).
Кроме восстановления этноинтегрирующих образов природы в образной сфере личности подростков и взрослых осужденных, с последними проводилась этнофункциональная коррекция на материале этнодифференцирующих образов природы. Данный эксперимент был осуществлен с целью дифференциации характера влияния этноинтегрирующих и этнодифференцирующих образов природы на личность осужденных.
Математическая обработка эмпирических данных проводилась с помощью статистического хи-квадрат критерия Пирсона.
 
РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ВЗРОСЛЫХ
ОСУЖДЕННЫХ ЗА НАСИЛЬСТВЕННЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ
 
В исследовании приняли участие 203 человека. Были обследованы 88 мужчин в возрасте от 20 до 25 лет, не привлекавшихся к уголовной ответственности, – курсанты Академии гражданской защиты МЧС РФ (группа «законопослушные»). Вместе с тем, проведено обследование 115 мужчин в возрасте от 20 до 33 лет, осужденных за тяжкие насильственные преступления, а именно за разбойные нападения, нанесение телесных повреждений различной степени тяжести, убийства, отбывающих наказание в исправительных учреждениях Саратовской области, а также в СИЗО № 3 г. Москвы (группа «осужденные»). 
Этничность обследуемых по самоопределению: 95 % – русские (остальные 5 % – представители бывших республик СССР). Все участники исследования родились и проживали первые 5 лет в средней полосе России и большинство из них (92,7 %) считало себя христианами (православными).
В первой части исследования (констатирующем эксперименте) выявляласьсвязь психологических особенностей личности осужденных за насильственные преступления с этнофункциональными характеристиками ее образной сферы (с помощью сравнения данных особенностей личности у законопослушных и осужденных).
 
Результаты констатирующего эксперимента
 
 
Рис. 1
Сравнение законопослушных и осужденных
по этнофункциональным характеристикам
их образной сферы (в %)
                                   
   
 
 Примечание. На рис. № 1–2 белая гистограмма означает выраженность показателей в группе законопослушных, черная –выраженность показателей в группе осужденных. Цифрами обозначено сравнение следующих показателей: 1 – количество воспоминаний первых образов природы с 2 до 5 лет (p < 0.01); 2 – количество воспоминаний первых образов природы с 8 лет и старше (p < 0.05); 3 – отсутствие воспоминаний образов природы в онтогенезе (p < 0.01); 4 – количество воспоминаний первых сказочных образов с 2 до 5 лет (p < 0.01); 5 – количество воспоминаний первых сказочных образов с 8 лет и старше (p < 0.05); 6 – количество первых представлений о Боге, грехе, справедливости до 6 лет (p < 0.01); 7 – количество первых представлений о Боге, грехе, справедливости с 6 до 8 лет (p < 0.01); 8 – количество первых представлений о Боге, грехе, справедливости с 9 лет и старше (p < 0.01); 9 – количество предпочтений этнодифференцирующих образов животных (p < 0.05); 10 – количество показателей отрицательного отношения к образам зимней природы (p < 0.01); 11 – количество предпочтений родной этносреды в качестве постоянного места проживания (p < 0.05); 12 – количество предпочтений, помимо традиционных, экзотических продуктов питания (p < 0.01); 13 – количество предпочтений этноинтегрирующих образов лиц противоположного пола (p < 0.01).
 
 
                                                                            Рис. 2
Сравнение законопослушных и осужденных
по особенностям эмоциональной, когнитивной,
нравственной сфер их личности (в %)
 
 
Примечание: 1 – количество показателей эмоционального торможения когнитивных процессов (p < 0.01); 2 – количество показателей неконтролируемой эмоциональности (p < 0.01); 3 – количество показателей неконтролируемой и неэффективно контролируемой тревожности (p < 0.05); 4 – количество показателей инфантильности (p < 0.01); 5 – количество показателей положительного отношения к христианским заповедям (p < 0.1, тенденция); 6 – количество показателей положительного отношения к заповеди «Не убий» (p < 0.01); 7 – количество показателей положительного отношения к заповеди «Не укради» (p < 0.05).
 
В результате констатирующего эксперимента было установлено, что более позитивное отношение к христианским заповедям, как ни парадоксально, продемонстрировали осужденные за насильственные преступления, а не законопослушные граждане.         Этот факт объясняется тем, что они впервые задумываются о грехе, справедливости, Боге только тогда, когда попадают в заключение. В то же время, основным отличием осужденных от законопослушных состояло в необъяснимом на первый взгляд предпочтении этнодифференцирующих образов природы. Тот факт, что у осужденных, по сравнению с законопослушными испытуемыми, были зафиксированы предпочтения этнодиференцирующих природных образов, позволяет предположить, что в соответствии с принципом этнофункционального развития именно изменение отношения осужденных к образам природы может повлиять на их отношение и к другим образам этносреды, в том числе и христианским представлениям и заповедям. В наших исследованиях имеются результаты, подтверждающие связь онтогенетических особенностей и «пространственных» предпочтений в образной сфере личности (Сухарев, 2008, с.175-177). Для подтверждения данного предположения был осуществлен формирующий эксперимент.
Во второй части исследования проводился формирующий эксперимент-1, в процессе которого осуществлялось восстановление этноинтегрирующих образов природы на образную сферу и некоторые индивидуально-психологические особенности осужденных (в экспериментальной группе-1). Также проводился формирующий эксперимент-2, где выявлялось влияние этнодифференцирующих образов природы на образную сферу и некоторые индивидуально-психологические особенности осужденных (в экспериментальной группе -2). В каждом формирующем эксперименте было проведено 12 занятий по 1,5 часа (1-2 раза в неделю) в течение 3 месяцев.
Этнофункциональная коррекция личности испытуемых экспериментальных групп проводилась в форме групповых занятий: осужденным предлагалось в состоянии мышечной релаксации представить (вспомнить или вообразить) образы родной или экзотической природы (животных, деревьев, природных ландшафтов). В процессе представления данных образов испытуемые переживали, осознавали и вербализовывали их эмоциональные, когнитивные и двигательные характеристики.
Мы полагали, что криминальная субкультура является этнодифференцирующей в любой этносреде (вряд ли преступники, осужденные за тяжкие насильственные преступления, в какой бы то ни было этносреде могут считаться в полной мере культурными людьми). Для того чтобы выявить характер влияния на осужденных этнодифференцирующих образов криминальной субкультуры, распространенной в среде отбывания наказания, в формирующем эксперименте-1 фиксировались изменения этнофункциональных характеристик образной сферы, а также психологических особенностей личности испытуемых контрольной группы (в данной группе не проводились занятия по этнофункциональной коррекции личности). Следует отметить, что воздействию криминальной субкультуры подвергались испытуемые как контрольной, так и экспериментальных групп.
 
Результаты экспериментального исследования влияния восстановления этноинтегрирующих образов природы на образную сферу и некоторые индивидуально-психологические особенности осужденных (формирующий эксперимент -1)
 
Рис. 3
Динамика этнофункциональных онтогенетических
и пространственных характеристик образной сферы осужденных за период проведения формирующегоэксперимента -1
в контрольной группе (в %)
 
 
Примечание. Здесь и далее – белый цвет столбиков гистограммы означает значение показателей до эксперимента, а черный – после. Цифрами обозначена динамика следующих показателей: 1 – образов природы после 5 лет (тенденция, p < 0.1); 2 – количество воспоминаний сказочных образов до 5 лет; 3 – образы из русских народных сказок до 5 лет (p < 0.05); 4 – возникновение представлений о справедливости с 9 лет и старше (тенденция, p < 0.1); 5 – предпочтение традиционных продуктов питания (тенденция, p < 0.1); 6 – предпочтение этнодифференцирующих (экзотических) продуктов питания – киви, бананов и пр. (p < 0.05).
 
Рис. 4
Динамика некоторых индивидуально-психологических характеристик у осужденных за период проведения
формирующего эксперимента -1 в контрольной группе (в %)
 
 
Примечание: 1 – количество проявлений отрицательного отношения к христианским заповедям (p < 0.05); 2 – количество показателей склонности к противоправному поведению (p < 0.05); 3 – количество показателей положительного отношения к законопослушанию (p < 0.05); 4 – количество показателей неконтролируемой или неэффективно контролируемой эмоциональности (p < 0.05); 5 – количество показателей эффективно контролируемой тревожности (р < 0.05).
 
Рис. 5
Динамика этнофункциональных онтогенетических
и пространственных характеристик образной сферы осужденных
за период проведения формирующего эксперимента -1
в экспериментальной группе (в %)
 
 
 Примечание: 1 – количество воспоминаний образов природы до 5 лет (р < 0.05); 2 – отсутствие воспоминаний образов природы до 5 лет (р < 0.05); 3 – количество воспоминаний представлений о справедливости с 6 до 8 лет (р < 0.05); 4 – количество проявлений отрицательного отношения к образам зимней природы (р < 0.05).
 
Рис. 6
Динамика некоторых индивидуально-психологических характеристик осужденных за период проведения формирующего эксперимента -1 в экспериментальной группе (в %)
 
  
  
Примечание: 1 – количество проявлений положительного отношения к христианским заповедям (р < 0.01); 2 – количество показателей эмоционального торможения когнитивных процессов (р < 0.01); 3 – количество показателей творческого мышления (р < 0.05); 4 – количество показателей неконтролируемой и неэффективно контролируемой тревоги (р < 0.05); 5 – количество показателей склонности к делинквентному поведению (без достоверных изменений).
  
Рис. 7
Динамика этнофункциональных онтогенетических
и пространственных характеристик образной сферы осужденных
за период проведения формирующего эксперимента -1
в контрольной группе (в %)
 
 
Примечание: 1 – появление образов природы после 5 лет (тенденция, p < 0.1); 2 – появление сказочных образов до 5 лет; 3 – появление образов из русских народных сказок до 5 лет (p < 0.05); 4 – возникновение представлений о справедливости с 9 лет и старше (тенденция, p < 0.1); 5 – предпочтение традиционных (этноинтегрирующих) продуктов питания (тенденция, p < 0.1).; 6 – предпочтение экзотических (этнодифференцирующих) продуктов питания – киви, бананов и пр. (p < 0.05).
 
                                                                                                                                     Pис. 8
Динамика некоторых индивидуально-психологических особенностей личности осужденных за период проведения формирующего эксперимента -1 в контрольной группе (в %)
Примечание: 1 – количество показателей отрицательного отношения к христианским заповедям (p < 0.05); 2 – количество показателей склонности к противоправному поведению (p < 0.05); 3 – количество показателей положительного отношения к законопослушанию (p < 0.05); 4 – количество показателей неконтролируемой или неэффективно контролируемой эмоциональности (p < 0.05); 5 – количество показателей эффективно контролируемой тревожности (р < 0.05).
 
Результаты экспериментального исследования характера влияния этнодифференцирующих образов природы на образную сферу и некоторые индивидуально-психологические особенности осужденных (формирующий эксперимент -2)
 
У испытуемых экспериментальной группы-2 в процессе формирующего эксперимента произошли следующие изменения этнофункциональных онтогенетических и пространственных характеристик их образной сферы.
Рис. 9
Динамика этнофункциональных онтогенетических
и пространственных характеристик образной сферы осужденных
за период проведения формирующего эксперимента-2 (в %)
 
 
Примечание: 1 – появление образов природы до 5 лет (р < 0.05); 2 – появление образов природы с 6 до 7 лет (р < 0.05); 3 – возникновение представлений о грехе с 6 до 8 лет (р < 0.05); 4 – положительное отношение к родной природе; 5 – предпочтение экзотических продуктов питания (р < 0.05).
 
Рис. 10
Динамика показателей Роршах-теста за период проведения формирующего эксперимента -2 (в %)
 
Примечание: 1 – показатели эмоционального торможения когнитивных процессов (р < 0.01); 2 – показатели творческого мышления (р < 0.05); 3 – показатели эффективного интеллектуального контроля тревожности (р < 0.05).
 
Кроме того, испытуемые стали чаще отрицательно относиться к христианским заповедям (тенденция, р < 0.1), а также у них повысилась склонность к делинквентному поведению (р < 0.05).
 
ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ
 
Результаты проведенного исследования свидетельствуют о том, что этнодифференцирующие образы природы и криминальной субкультуры (которые также полагаются этнодифференцирующими), в целом, сходно влияют на психологические особенности личности у осужденных. В соответствии с принципом этнофункциональной системности, этнодифференцирующие образы природы и криминальной субкультуры могут разрушать целостность образной сферы, астенизировать личность и способствовать дальнейшему «проникновению» в нее других этнодифференцирующих образов.
Полученные в нашем исследовании результаты косвенно подтверждаются исследованиями, проведенными на младших школьниках, где в процессе психологической коррекции использовались этноинтегрирующие как природные, так и сказочные образы (Сухарев, Кравченко, Овчинников и др., 2003). В данных исследованиях было установлено, что одновременное использование в процессе психологической коррекции этноинтегрирующих образов природы и сказочных образов способствовало снижению эмоционального торможения когнитивных процессов; вместе с тем, качество взаимодействия эмоциональной и когнитивной сфер личности повышалось. В нашем исследовании применение только этноинтегрирующих образов природы, наряду со снижением эмоционального торможения когнитивных процессов, снижался и повышенный уровень личностной тревоги.
В свою очередь, в формирующем эксперименте с младшими школьниками этнодифференцирующие образы природы обусловливали снижение качества взаимодействия эмоциональной и когнитивной сфер и, в то же время, как и в нашем эксперименте, способствовали снижению эмоционального торможения когнитивных процессов. В нашем исследовании использование в процессе этнофункциональной коррекции только этнодифференцирующих образов природы способствовало лишь снижению качества когнитивного контроля тревоги.
Сравнение результатов этих исследований показывает, что влияние на личность только образов природы (этноинтегрирующих и этнодифференцирующих), по сравнению с совместным воздействием природных и сказочных образов в целом обусловливает менее выраженный эффект для изменения качества взаимодействия эмоциональной и когнитивной сфер личности. При этом, как отдельно этноинтегрирующие образы природы, так и данные образы совместно со сказочными оказывают, несомненно, более положительное влияние на эмоциональную и когнитивную сферы личности, чем этнодифференцирующие образы.
Кроме того, исследования А.В. Сухарева (2008) и А.А. Шапоревой (2007) показали, что применение в процессе психологической коррекции этноинтегрирующих сказочных образов, по сравнению с использованием этнодифференцирующих сказочных образов, а также телесноориентированной психотерапией и др., дает выраженный эффект повышения качества взаимодействия эмоциональной и когнитивной сфер личности. Можно заключить, что основной эффект использования этноинтегрирующих образов природы заключается в снижении уровня невротизации по показателям снижения эмоционального торможения когнитивных процессов и снижения уровня тревоги, являющейся психологической основой преступного поведения (Антонян, Еникеев, Эминов, 1996).
На основе результатов исследования, проведенного на контингенте осужденных за насильственные преступления, можно сделать следующие выводы.
1. Анализ научной литературы показал, что применяемые в российских исправительных учреждениях методы психологической коррекции осужденных системно не учитывают влияние специфики современной культурно-исторической ситуации на личность, ее поведение в целом. Использование метода этнофункциональной коррекции образной сферы в целях вторичной профилактики преступного поведения обусловлено исторической актуальностью этнофункциональной парадигмы в психологии, на единстве методологических принципов которой данный метод основан. 
2. Восстановление этноинтегрирующих образов природы в образной сфере личности у осужденных за насильственные преступления обусловливает ее изменение в онтогенетическом и пространственном аспектах: актуализируются более ранние воспоминания об этноинтегрирующих образах природы, а также о возникновении представлений о справедливости; вместе с тем, появляются предпочтения (на момент обследования) этноинтегрирующих образов зимней природы.
3. Восстановление этноинтегрирующих образов природы в образной сфере осужденных за насильственные преступления обусловливает изменения в эмоциональной, когнитивной, а также нравственной сферах их личности: снижение уровня тревоги, степени эмоционального торможения когнитивных процессов и вместе с тем более положительное отношение к христианским заповедям.
4. Использование этнодифференцирующих образов природы в психологической коррекции личности осужденных за насильственные преступления обусловливает ее изменение в онтогенетическом и пространственном аспектах: появление первых воспоминаний об образах природы с 6–7 лет, более редкое возникновение первых представлений о грехе с 6–8 лет, менее положительное отношение к родной природе, а также предпочтение экзотических продуктов питания.
5. Использование этнодифференцирующих образов природы в психологической коррекции осужденных за насильственные преступления обусловливает изменения в эмоциональной, когнитивной, нравственной сферах их личности: снижение эмоционального торможения когнитивных процессов, уменьшение когнитивного контроля тревожности, более отрицательное отношение к христианским заповедям и, вместе с этим, повышение склонности к делинквентному поведению.
6. Влияние этнодифференцирующих образов криминальной субкультуры на осужденных за насильственные преступления обусловливает следующие изменения этнофункциональных характеристик образной сферы их личности: более позднее (после 5 лет) появление в онтогенезе образов природы, снижение количества воспоминаний русских народных и других сказочных образов в возрасте до 5 лет, отнесение первых представлений о справедливости к возрасту 9 лет и старше, более частое предпочтение этнодифференцирующих продуктов питания.
Было также установлено, что этнодифференцирующее влияние криминальной субкультуры способствуют повышению у осужденных за насильственные преступления неконтролируемой или неэффективно контролируемой эмоциональности, снижению уровня эффективно контролируемой тревожности, повышению склонности к криминальному поведению и более негативному отношению к христианским заповедям.
 
РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ ШКОЛЬНИКОВ-ПОДРОСТКОВ
 
В эксперименте приняли участие учащиеся 6-7 классов школы № 1316 г. Москвы. Всего было обследовано 100 человек, в возрасте от 13 до 14 лет (50% мальчиков и 50% девочек). Все испытуемые родились в средней полосе России и считают себя русскими по самоопределению. 
На этапе констатирующего эксперимента все испытуемые были обследованы по методике А.Н. Орла «Склонность к отклоняющемуся поведению»и затем разделены на 2 группы по 20 человек. В первую группу отбирались подростки с выраженными показателями склонности к делинквентному поведению. Исходным критерием отбора в «делинквентные» группы (экспериментальную и контрольную) были показатели в Т-баллах, превышающие норму (выше 50) по шкале склонности к делинквентному поведению в целом. В группу «условная норма» набирались подростки с относительно низким уровнем Т-баллов по шкале склонности к делинквентному поведению (до 50 включительно).
На этапе формирующего эксперимента была сформирована группа из 20-ти подростков со склонностью к криминальному поведению, с которой был проведен цикл занятий по этнофункциональной коррекции, целью которого было восстановление этноинтегрирующих образов природы в образной сфере испытуемых. Работа проводилась в психодраматическом ключе, с перевоплощением в природные стихии и явления, различные образы русской природы. Всего было проведено 20 занятий 1-2 раза в неделю. Каждое занятие длилось по 45 минут.
Также была сформирована контрольная группа (20 подростков, склонных к делинквентному поведению), на которую не оказывалось коррекционного воздействия.
   
Результаты констатирующего эксперимента
 
Рис. 11 
Сравнение испытуемых «делинквентной» группы
и «условной нормы» по показателям склонности к делинквентному поведению (в %)
  
 
Примечание. На Рис. 11 – 15 черный цвет столбиков гистограммы означает уровни показателей «делинквентной» группы, а белый – группы «условная норма». Цифрами обозначено сравнение следующих показателей: 1 – склонность к нарушению норм и правил (p<0,001); 2 – склонность к аддиктивному поведению (p<0,01); 3 – склонность к агрессии и насилию (p>0,05).
                                                                          Рис. 12
Сравнение количества образов природы в онтогенезе образной сферы испытуемых «делинквентной» группы и «условной нормы» (в %)
 
 
 
Примечание: 1 – наличие этноинтегрирующих образов природы до 5лет(p<0,001); 2 – наличие этнодифференцирующих образов природы до 5 лет (p<0,001); 3 – наличие этноинтегрирующих образов природы после 5 лет (p<0,001); 4 – наличие этнодифференцирующих образов природы после 5 лет (p<0,001).
 
Рис. 13
Сравнение испытуемых «делинквентной» группы
и «условной нормы» по количеству предпочтений этнодифференцирующих образов этносреды (в %)
 
 
Примечание: 1 – антропо-биологические этнодифференцирующие образы (предпочтение этнодифференцирующего типа питания и антропологических признаков у партнёра противоположного пола) (p< 0,001); 2 – климато-географические этнодифференцирующие образы (предпочтение экзотической природы и климата для постоянного места жительства) (p< 0,001); 3 – социокультурные этнодифференцирующие образы (предпочтение инокультурных религиозных и народных праздников и традиций) (p< 0,001).
 
Рис. 14
Сравнение испытуемых «делинквентной» группы
и «условной нормы» по количеству
проявлений негативного отношения
к христианским заповедям (в %)
 
 
 
Примечание. 1 – Господь един и нет других богов, кроме Него; 2 – не сотвори себе кумира; 3 – не упоминай имя Господа всуе; 4 – чти день субботний; 5 – почитай отца и мать свою; 6 – не убий; 7 – не прелюбодействуй; 8 – не укради; 9 – не лжесвидетельствуй; 10 – не пожелай того, что есть у ближнего твоего.
 
                                                                                                                                 Рис. 15
Сравнение количества различных показателей теста Роршаха у испытуемых «делинквентной» группы и «условной нормы» (в %)
  
 
Примечание: 1 – количество показателей эмоционального торможения когнитивных процессов p< 0,05; 2 – количество показателей гармоничного взаимодействия эмоциональной и когнитивной сфер (p< 0,01); 3 – количество показателей оптимального контроля тревоги (p< 0,05); 4 – количество показателей недостаточного контроля тревоги (р< 0,01).
 
По результатам обследования по методике диагностики тревожности Филипса в группе «делинквентных» подростков, по сравнению с «условной нормой», был выявлен повышенный уровень тревожности (p< 0,01).
  
 Результаты формирующего эксперимента со школьниками
 
Рис. 16
Динамика показателей методики выявления
склонности к делинквентному поведению
у испытуемых «делинквентной» группы
до и после формирующего эксперимента (в %)
 
 
 
Примечание. Здесь и далее – белый цвет столбиков гистограммы означает уровни показателей до эксперимента, а черный – после. Цифрами обозначена динамика следующих показателей: 1 – склонность к нарушению норм и правил (p< 0,01); 2 – склонность к аддиктивному поведению (p< 0,001); 3 – склонность к агрессии и насилию (p> 0,01).; 4 – склонность к делинквентному поведению (p< 0,01).
 
Рис. 17
Динамика показателей теста Роршаха
в «делинквентной» группе
до и после формирующего эксперимента (в %)
 
 
Примечание: 1 – количество шоков, показателя эмоционального торможения когнитивных процессов (p< 0,05). 2 – количество ответов типа FFb+ -показатели гармоничного взаимодействия аффекта и интеллекта, хорошей эмоциональной приспособляемости (p< 0,01). 3 – количество ответов типа HdF – показатели недостаточной способности к интеллектуальному контролю тревоги (p<0,05).
 
Рис. 18
Динамика количества предпочитаемых этнодифференцирующих
образов этносреды в «делинквентной» группе испытуемых
до и после формирующего эксперимента (в %)
 
 
 
Примечание: 1 – антропо-биологические этнодифференцирующие образы (предпочтение соответствующего типа питания и антропологических признаков у партнёра противоположного пола) (p< 0,001); 2 – климато-географические этнодифференцирующие образы (предпочтение экзотической природы и климата) (p<0,001); 3 – социокультурные этнодифференцирующие образы (предпочтение инокультурных религиозных и народных праздников и традиций) (p< 0,05).
 
Рис. 19
Динамика количества испытуемых «делинквентной» группы,
не принимающих христианские заповеди
до и после формирующего эксперимента (в %)
 
 
 
Примечание: 1 – Господь един и нет других богов, кроме Него; 2 – не сотвори себе кумира; 3 – не упоминай имя Господа всуе; 4 – чти день субботний; 5 – почитай отца и мать свою; 6 – не убий; 7 – не прелюбодействуй; 8 – не укради; 9 – не лжесвидетельствуй; 10 – не пожелай того, что есть у ближнего твоего.
 
Рис. 20
Динамика количества образов природы в онтогенезе образной сферы у испытуемых «делинквентной» группы до и после эксперимента (в %)
 
 
 
 
Примечание: 1 – динамика количества этноинтегрирующих образов природы до 5 лет (p< 0,001); 2 – динамика количества этнодифференцирующих образов природы до 5 лет; 3 – динамика количества этноинтегрирующих образов природы после 5 лет (p< 0,001); 4 – динамика количества этнодифференцирующих образов природы после 5 лет (p> 0,05).
   
         В контрольной «делинквентной» группе изменений ни по одному из показателей Диаграмм 9–18 зафиксировано не было.
 
ОБСУЖДЕНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ ИССЛЕДОВАНИЯ ПОДРОСТКОВ
И ВЗРОСЛЫХ ОСУЖДЕННЫХ
ЗА НАСИЛЬСТВЕННЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ
 
После проведения этнофункциональной коррекции у осужденных (в формирующем эксперименте -1) и подростков произошло восстановление этноинтегрирующих образов природы – испытуемые стали чаще вспоминать образы родной природы, а также стали относить их к возрасту до 5 лет (Диаграммы 3, 18), т.е. оптимальному возрастному периоду, что обусловливает более высокий уровень психической адаптированности (Сухарев, 2008 и др.). 
Появление после проведения формирующего эксперимента этноинтегрирующих образов природы свидетельствует о расширении «когнитивной ретроспективы» в осознании образной сферы осужденных и подростков. Можно предположить, что всестороннее, целостное переживание, вербализация и осознание различных характеристик образов природы напоминает детям об их наличии в онтогенезе образной сферы и помогает точнее определять не только сам факт, но и время появления данных образов.
Испытуемые стали более позитивно относиться к христианским заповедям, что может быть объяснено с позиций принципа этнофункциональной системности и развития. Вследствие этнофункциональной коррекции в центре внимания испытуемых оказываются этноинтегрирующие образы природы, системно (в идеале) связанные с остальными признаками русской этносреды. Это, в свою очередь, обусловливает системные изменения во всей образной сфере личности, в том числе и в ее отношении к христианским заповедям.
Результаты, полученные на контингенте делинквентных подростков, соотносятся с результатами эмпирических исследований о роли этноинтегрирующих образов природы в формировании положительного отношения к христианским заповедям, а также связи этнодифференцирующих образов с негативным отношениям к христианским заповедям у осужденных за насильственные преступления.
Полученные результаты подтверждают результаты эмпирических исследований отношения к природе, свидетельствующих о том, что формирование позитивного, «самоценного» отношения к родной природе (на контингенте подростков) является условием развития личности и формирования у нее таких нравственных качеств, как справедливость, честность, склонность к сопереживанию с людьми и др. (В.Е.Орел, Г.В.Шейнис).
В соответствии с принципами этнофункциональной системности и развития восстановление этноинтегрирующих образов природы в образной сфере личности уменьшает риск возникновения делинквентного поведения (Рис. 16), а также оказывает влияние на различные индивидуально-психологические характеристики, повышающие степень психологической адаптированности: снижение уровня тревоги, которая является основой криминального поведения (Антонян и др., 1996), повышение продуктивности мышления, улучшение качества взаимодействия аффекта и интеллекта (Рис. 10, 17), а также способствует более позитивному отношению к христианским заповедям (Рис. 19).
Результаты наших экспериментально-психологических этнофункциональных исследований подтверждают положение о системности взаимосвязей человека и природы (Ананьев, 1980). По замечанию М.И. Воловиковой (1995), нарушение «экологии природы» приводит к нарушению «экологии души». Центрирование человека на природе помогает ему психологически изменить себя (Панов, 2006). Полученные результаты также подтверждают имеющиеся теоретические и эмпирические результаты, свидетельствующие о существенной роли отношения человека к природе для его психической адаптированности, здоровья и др. (Авцын, 1972; Бабикер и др., 1980; Юнг, 1993).
По результатам исследования школьников можно сделать следующие выводы.
1.   Возникновение этноинтегрирующих образов природы в онтогенезе образной сферы личности в возрасте до 5-ти лет связано со снижением у подростков склонности к криминальному поведению.
2.   Возникновение этнодифференцирующих образов природы в онтогенезе образной сферы личности у подростков после 5-ти лет, лет связано с формированием у них склонности к делинквентному поведению.
3.   Восстановление в образной сфере личности у подростков образов родной природы (этноинтегрирующих) обусловливает у них снижение склонности к делинквентному поведению.
 
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
 
В результате проведённого теоретического и экспериментально-психологического исследования было показано, что с позиций принципа этнофункциональности образная сфера личности может рассматриваться как система. Исследование выявило позитивное влияние этноинтегрирующих образов природы на динамику эмоциональных и когнитивных характеристик личности и имеющее всеобщее значение для её поведения отношение к морали.
В результате теоретического и экспериментального исследования, подтверждена возможность применения этнофункционального подхода как в первичной, так и во вторичной профилактике криминального поведения.Подтверждено также, что нарушения этнофункционального развития личности является одним из психологических условий возникновения склонности к криминальному (делинквентному) поведению. В свою очередь, восстановление в образной сфере подростков и осужденных этноинтегрирующих образов природы обусловливает снижение у них склонности к криминальному поведению.
        В целом, на основании экспериментальных исследований, проведенных на контингенте школьников-подростков, а также взрослых осужденных за насильственные преступления можно сделать общий вывод о том, что воспитание позитивного отношения школьников к христианским заповедям требует предварительного воспитания самоценного отношения к родной природе. Было установлено, что первичная психопрофилактика криминального поведения в подростковом возрасте через воспитание позитивного отношения к христианским заповедям должна осуществляться на основе предварительного воспитания самоценного отношения к родной природе. В свою очередь, этнодифференцирующие образы природы, способствуя повышению тревоги, в данном случае могут препятствовать полноценному усвоению христианских заповедей и провоцировать возникновение криминального поведения. Кроме того, исследование выявило отсутствие гендерных различий в этнофункциональных условиях возникновения криминального поведения.
      Полученные результаты могут быть использованы для целей ранней психопрофилактики криминального поведения при формировании образовательных программ для средней школы и для специальных психопрофилактических занятий и мероприятий в детских общеобразовательных учебных заведениях, исправительных учреждениях и пр.
 
ЛИТЕРАТУРА
 
1.            Александров Ю.К. Очерки криминальной субкультуры. М.: «Права человека», 2002.
2.            Аминов И.А. Юридическая психология. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2009.
3.            Антонян Ю.М., Еникеев М.И., Эминов В.Е. Психология преступника и расследования преступлений М.: Юристъ, 1996.
4.            Арнхейм Р. Новые очерки по психологии искусства. – М.: Прометей, 1994.
5.            Васильев В.Л. Юридическая психология. СПб.: Питер, 2005.
6.            Величковский Б.М. Современная когнитивная психология. – М.: Изд-во МГУ, 1982.
7.            Выдрина Е.А. Этнофункциональный аспект возникновения легкой умственной отсталости у дошкольников: Автореф. дис. … канд. психол. наук. М.: 2007.
8.            Галич Т.В. Когнитивно-поведенческая программа по коррекции криминально значимых свойств личности несовершеннолетних, осужденных к наказаниям, не связанным с лишением свободы // Актуальные проблемы деятельности воспитательных колоний ФСИН России: Материалы международной научно-практической конференции. Часть 2. М.: НИИ ФСИН России, 2008. С. 8–11.
9.            Голд Дж. Основы поведенческой географии. – М.: Прогресс, 1990.
10.       Гостев А.А. Психология вторичного образа. – М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2007.
11.       Гусейнов А.А. Социальная природа нравственности. М.: Наука, 1974.
12.       Давыдов Ю.Н. Кризисное сознание // Современная западная социология: Словарь. М.: Политиздат, 1990. С. 143–144.
13.       Дерябо С.Д. Феномен субъектификации природных объектов. Автореф. дис. … докт. психол. наук. – М.: 2002.
14.       Змановская Е.В. Девиантология: (Психология отклоняющегося поведения). М.: Издательский центр «Академия», 2008.
15.       Ильин Е.П. Психология воли. – СПб. и др.: Питер, 2000.
16.       Иншаков С.М. Латентная преступность в Российской Федерации: перспективы исследования, 2010 // www.sartraccc.ru.
17.       Коробейников С.И. Психологическая коррекция агрессивного поведения несовершеннолетних осужденных подростков // Актуальные проблемы деятельности воспитательных колоний ФСИН России: Материалы международной научно-практической конференции. Часть 2. М.: НИИ ФСИН России, 2008. С. 51–59.
18.       Лукшина О.Ю. Применение арт-терапии в снижении реактивной тревожности несовершеннолетних подследственных, содержащихся в ПФРСИ Ижевской ВК // Актуальные проблемы деятельности воспитательных колоний ФСИН России: Материалы международной научно-практической конференции. Часть 2. М.: НИИ ФСИН России, 2008. С. 64–67.
19.       Мертон Р.К. Социальная структура и аномия // Социология преступности. М.: 1966. С. 299–313.
20.       Панов В.И. Введение в экологическую психологию. – М.: НИИ школьных технологий, 2006.
21.       Психология: Словарь / Под общ. ред. А. В. Петровского, М. Г. Ярошевского. – М.: Политиздат, 1990. С. 351.
22.       Пирожков В.Ф. Криминальная психология. М.: 1998.
23.       Савельева Т.И. Психокоррекция защитной сферы осужденных, употреблявших психоактивные вещества // Прикладная юридическая психология. 2008. № 2. С. 137–142.
24.       Сид Дж., Мэйси Дж., Флеминг П., Наэс А. Думая как гора. – М.: Россия Молодая, 1992.
25.       Сочивко Д.В., Литвишков В.М. Пенитенциарная антропогогика. Опыт систематизации психолого-педагогической теории и практики в местах лишения свободы. М.: Московский психолого-социальный институт, 2006.
26.       Сухарев А.В. Этнофункциональная парадигма в психологии. – М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2008.
27.       Сухарев А.В., Кравченко О.Ф., Овчинников Е.В., Тимохин В.В., Шапорева А.А., Щербак С.Ю. Этнофункциональный подход в воспитании и психопрофилактике // Психологический журнал. 2003. Т. 24. № 5. С. 68–80.
28.       Сухарев А.В., Чулисова А.П. От методологии к практике: этнофункциональная парадигма в криминальной психологии // Прикладная юридическая психология. 2009. № 4. С. 70–86.
29.       Тишков В.А. Этничность, национализм и государство в посткоммунистическом обществе // Вопросы социологии. 1993. № 1. С. 4.
30.       Шапорева А.А. Роль этнической функции содержания сказок в развитии гармоничного взаимодействия когнитивных и эмоциональных сторон отношений у младших школьников и подростков: Дис. … канд. психол. наук. М.: 2007.
31.       Шейнис Г.В. Развитие отношений подростков с природой как условие нравственного становления личности // Мир психологии и психология в мире. 1995. № 2. – С. 40–53.
32.       Шихирев П.Н. Эволюция парадигмы в современной социальной психологии. Автореф. дис. … докт. психол. наук. – М.: 1993.
33.       Шустова В.О. Этнофункциональный подход к антинаркотическому и антиалкогольному воспитанию молодежи: Автореф. дис. … канд. психол. наук. – М.: 2007.
34.       Ясвин В.А. Психология отношения к природе. – М.: Смысл, 2000.
35.       Bochner S. The social psychology of cross-cultural relations // Cultures in Contact: Studies in Cross-Cultural Interaction. Oxford: Pergamon, 1982.
36.       Bohm E. Lehrbuch der Rorschach Psychodiagnostik. Bern: Hans Huber, 1972.
37.       Coelho G.V. Changing Images of America. Glencoe: Free Press, 1979.
38.       May R. The meaning of Anxiety. – N.Y.: Pocket Books, 1979.